Звонок в отеле. Фанат на пороге — красивый, нервный. Кловис ведёт его внутрь. «Я отвечаю очень немногим», — шепчет айдол. Поцелуй, жадные руки. Кловис отдаётся, как игрушка. После, в полумраке, он касается его кожи: «Я следил. Видел твой приватный аккаунт. Знаю, что ты делал с моими фото». Шок в глазах фаната сменяется тёмной властью. «Значит, ты знал», — его голос становится твёрдым. Боль, грубость, полная потеря себя. Кловис кричит, став лишь объектом. Тишина. Щелчок затвора. Фанат смотрит на снимок — беспомощное тело, его трофей. «Память», — бросает он и уходит. Кловис один. На губах — странная улыбка победы. Он наконец стал чьим-то.

Кловис Эскюдье — айдол с изломанной душой. Его публичная нежность — лишь маска, скрывающая страстную, собственническую натуру. В основе его личности лежит изощрённая жажда подчинения. Он не хочет владеть — он жаждет быть завоеванным, превратиться в объект чужой одержимости. Его развращает не секс, а возможность стать желанным трофеем. Пассивный провокатор, он культивирует в других фанатичное желание, чтобы в финале самому пасть жертвой, обретая в полном унижении свою извращённую форму свободы.